ARTICLE
28 March 2023

Перспектива Присоединения Республики Казахстан К Конвенции О Признании И Приведении В Исполнение Иностранных Судебных Решений По Гражданским И Торговым Делам 2019 Года

U
Unicase Law Firm

Contributor

Unicase Law Firm logo
Unicase Law LLP is a firm with operations in the region of Central Asia, including Uzbekistan, Kazakhstan and Kyrgyz Republic for over 10 years, also it is considered as one of the leading firms according to leading rating agencies. The firm’s expert knowledge in law and top-notch client service are recommended for Kazakhstan by the leading international legal directories such as The Legal 500, Chambers and Partners, IFLR 1000, and Asialaw Profiles.
Теме разрешения споров в международном коммерческом арбитраже в целом и, в частноl
Kazakhstan Litigation, Mediation & Arbitration
To print this article, all you need is to be registered or login on Mondaq.com.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ АРБИТРАЖ VS. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СУД

Теме разрешения споров в международном коммерческом арбитраже в целом и, в частности, проблеме взаимного признания и исполнения решений иностранных арбитражей уделено довольно много внимания как в доктрине, так и на практике. Объясняется это тем, что в 1958 г. был выработан универсальный инструмент, который устанавливает единообразный подход к признанию и исполнению решений международных коммерческих арбитражей, – Конвенция Организации Объединенных Наций о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (далее – Нью-Йоркская конвенция). Так, вынесенное решение может быть признано и приведено в исполнение на территории 172 государств – участников Нью-Йоркской конвенции, а это практически в 90% государств-членов Организации Объединенных Наций.

Аналогичного, к сожалению, нельзя сказать относительно признания и исполнения решений иностранных государственных судов, поскольку существующие международные договоры в данной области носят преимущественно региональный характер, а вне интеграционных или региональных объединений данные вопросы решаются на основе двусторонних международных договоров либо на основе взаимности, что закрепляется в процессуальном законодательстве многих государств, в том числе и в п. 1 ст. 501 Гражданского процессуального кодекса Республики Казахстан (далее – ГПК РК).

ОТСУТСТВИЕ ЕДИНОГО ПОДХОДА К ОПРЕДЕЛЕНИЮ УСЛОВИЙ ИСПОЛНЕНИЯ ИНОСТРАННЫХ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В связи с различиями между правовыми системами, а также не идентичностью концепций даже в рамках одной правовой семьи отсутствует единый подход к определению условий исполнения иностранных судебных решений. Например, в рамках Европейского союза в таких странах, как Швеция, Норвегия и Кипр прямая международная подсудность шире косвенной в то время, как в Италии и Германии данные виды международной подсудности совпадают.

Говоря о различиях указанных видов подсудности, необходимо заметить, что если международная косвенная подсудность означает компетенцию иностранного суда во время выдачи экзекватуры, то прямая наделяет суд «непосредственной» компетенцией на рассмотрение спора по существу, т.е. правила такой подсудности служат предпосылкой для наделения национального суда компетенцией решать правовые споры. Нормы косвенной же подсудности обращены к запрашиваемому суду, т.к. данный суд контролирует, была ли соблюдена юрисдикция должным образом или нет лишь косвенно (через процедуру экзекватуры).

При совпадении прямой и косвенной международной подсудности, что характерно для процессуального законодательства Республики Казахстан, национальный суд как бы отзеркаливает порядок определения своей компетенции на иностранный суд, действуя по принципу: «мы признаем судебные решения, вынесенные на основе тех же критериев юрисдикции, на основе которых наши суды компетентны рассматривать дела с иностранным элементом». В странах, где правила прямой подсудности охватывают, но не ограничиваются правилами косвенной международной подсудности, пределы компетенции национальных судов в отношении дел с иностранным элементом шире, чем компетенция иностранных судов, чьи решения требуют признания и приведения в исполнение.

Возвращаясь к отсутствию единого подхода по данному вопросу, важно подчеркнуть, что это приводит к осложнению или невозможности признания и исполнения иностранных судебных решений. Это может лишить сторону, в пользу которой вынесено решение, возможности добиться своих прав, вследствие чего разрешение возникающих споров в государственных судах уступает альтернативным способам урегулирования конфликтов, включая международный коммерческий арбитраж по вышеназванным причинам.

ОБЪЕКТИВНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ В УНИВЕРСАЛЬНОМ ИНСТРУМЕНТЕ ДЛЯ ПРИЗНАНИЯ И ПРИВЕДЕНИЯ В ИСПОЛНЕНИЕ ИНОСТРАННЫХ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

На территории Республики Казахстан в соответствии с действующими как многосторонними, так и двусторонними международными договорами на сегодняшний день могут быть исполнены решения государственных судов около двадцати государств (Азербайджан, Армения, Беларусь, Вьетнам, Грузия, Индия, Китай, КНДР, Кыргызстан, Литва, Молдова, Монголия, ОАЭ, Пакистан, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Турция, Узбекистан, Украина).

На практике нередко возникают ситуации, когда нужно исполнить решение государственного суда страны, с которой нет соответствующего международного договора или он не ратифицирован и не вступил в законную силу. Например, по одному из дел городской суд №2 города Петропавловск на основании п. 1 ст. 501, ст. 268-269 ГПК РК вынес определение о возвращении заявления об исполнении решения государственного суда Итальянской Республики без рассмотрения в связи с тем, что Соглашение об оказании правовой помощи по гражданским делам от 3 ноября 2010 года №1094 не ратифицировано сторонами, и поэтому между Италией и Казахстаном нет международного договора, на основании которого оказывалась бы правовая помощь, в том числе в рамках признания и приведения в исполнение судебных решений.

Очевидно, что отсутствие сравнимого универсального международно-правового инструмента с Нью-Йоркской конвенцией в области признания и исполнения решений государственных судов делает данный способ урегулирования споров менее привлекательным. Однако не все споры могут быть разрешены в арбитраже вследствие неарбитрабельности и иных причин. В этой связи осуществление правосудия от имени государства по спорам с иностранным элементом, выраженным в том или ином виде, не может быть полностью заменено или вытеснено арбитражем.

Проблему унификации регулирования института признания и приведения в исполнение иностранных судебных решений призвана решить Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам от 2 июля 2019 г. (далее – Конвенция), принятая на 22-ой Сессии Гаагской конференции по международному частном праву.

СТАТУС КОНВЕНЦИИ И ЕЕ МЕХАНИЗМ

На данный момент Конвенция не вступила в силу, однако была подписана такими государствами, как Израиль, Коста-Рика, Российская Федерация, США, Украина и Уругвай. Украина в отличие от других указанных стран ратифицировала Конвенцию 29 августа 2022 г., и на ее территории, а также на территории государств-членов Европейского Союза (за исключением Дании), которые также ее ратифицировали, она вступит в силу 1 сентября 2023 года. Таким образом, в указанную дату Конвенция вступит в силу на территории 27 государств.

В Конвенции устанавливается традиционное понимание механизма признания и приведения в исполнение иностранных судебных решений. Так, в ст. 4 предусматривается правило о признании судебных решений государств-участников. Статьями 5 и 6 установлены условия, которым такие решения должны отвечать. Статья 7 вводит уже традиционный для международного гражданского процесса перечень оснований для отказа в признании и в приведении в исполнение судебного решения. Статья 9 закрепляет допустимость признания и приведения в исполнение отдельной части судебного решения, если подано соответствующее заявление, касающееся именно этой части, или если только данная часть подлежит признанию или приведению в исполнение. Статьей 12 предусматривается перечень документов, подлежащих представлению в суд государства места признания или исполнения судебного решения.

В соответствии с внедряемым механизмом решение иностранного суда подлежит исполнению только тогда, когда оно вступило в силу и оно исполнимо в соответствии с процессуальным правом данного государства. Однако согласно ст. 13 Конвенции сама процедура исполнения регулируется процессуальными нормами страны исполнения.

Здесь стоит обратить внимание на недостаток Конвенции, выражающийся в том, что без разрешения остался серьезный вопрос, касающийся отмененных судебных решений. На практике встречаются ситуации, когда вступившее в силу судебное решение одного государства приводится в исполнение в другом, а в это самое время оно отменяется или пересматривается в первом государстве.

Гаагская конференция по международному частному праву заложила определенную гибкость в разработанную ей Конвенцию. Так, в соответствии со ст. 18 государствам предоставляется право заявить, что оно не будет применять Конвенцию к определенному вопросу. При этом государство, делающее такое заявление, должно обеспечить, что заявление не будет шире, чем необходимо, и что данный вопрос ясно и точно определен. Например, Европейский союз заявил, что он (государства-члены за исключением Дании) не будет применять Конвенцию к договорам аренды нежилого недвижимого имущества, расположенного на территории Европейского союза.

Более того, в ст. 23 устанавливается приоритет ранее заключенного международного договора, который предусматривает положения, касающиеся признания и исполнения судебных решений, договаривающийся государств. Таким образом, Конвенцией заранее решен вопрос о конкуренции с другими действующими международными договорами такими, как Минская конвенция 1993 г., Киевское соглашение 1992 г. и соответствующими двусторонними международными договорами, регулирующими институт признания и приведения в исполнение иностранных судебных решений в пользу последних.

Также сделана определенная «уступка» в отношении международного договора, заключенного после Конвенции, но с оговоркой о том, что такой международный договор не должен затрагивать обязательства в соответствии со ст. 6, согласно которой судебное решение, вынесенное в отношении вещных прав на недвижимое имущество, подлежит признанию и приведению в исполнение только и исключительно в том случае, если данное имущество расположено на территории государства происхождения.

СФЕРА ДЕЙСТВИЯ КОНВЕНЦИИ

В качестве объекта признания выступают судебные решения, которые согласно пп. b) п. 1 ст. 3 определяются как любые решения по существу, вынесенные судом, независимо от того как такое решение может называться, включая постановление или приказ, а также определение размера расходов или процессуальных издержек судом (в том числе служащим суда), при условии, что такое определение относится к решению по существу спора, которое может быть признано или приведено в исполнение на основании Конвенции. При этом обеспечительные меры не охватываются Конвенцией, чего нельзя сказать о тех мировых соглашениях, которые утверждены судом или заключены в суде в ходе разбирательства при условии, что они подлежат исполнению как судебные решения.

Согласно п. 1 ст. 1 Конвенция применяется к признанию и приведению в исполнение судебных решений по гражданским и торговым делам и не распространяется на налоговые, таможенные и административные дела. Также в соответствии с п. 3 ст. 2 она не касается арбитражных и связанных с ними разбирательств.

В п. 1 ст. 2 Конвенции сформулирован достаточно широкий перечень вопросов, в отношении которых она не применяется (вопросы семейного права, несостоятельность и банкротство, завещания и наследование, интеллектуальная собственность и т.д.).

Вместе с тем решения, затрагивающие вышеперечисленные вопросы, исключаются из сферы действия Конвенции лишь в том случае, если они являются предметом разбирательства. Если же один или несколько таких вопросов возникают лишь в качестве предварительного вопроса, то согласно п. 2 ст. 2 признание и исполнение решения вполне может регулироваться Конвенцией.

Как отмечалось выше, государства могут сделать заявления и оговорки, которые будут направлены на дополнительное ограничение сферы действия Конвенции, что делает ее достаточно гибким инструментом, чтобы как можно большее количество стран стали участниками.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Считаем, что присоединение Республики Казахстан к Конвенции будет иметь положительный эффект для повышения инвестиционной привлекательности, а также сыграет одну из ключевых ролей в дальнейшей интеграции в мировое сообщество.

Такое присоединение не потребует существенных изменений в правовом регулировании. Однако в ГПК РК необходимо будет внести изменение, касающееся возможности признания и приведения в исполнение не только целого решения, но и его отдельной части при условии, что она является отделимой и может быть приведена в исполнение.

П. 30 Нормативного постановления Верховного Суда Республики Казахстан от 11 июля 2003 года № 5 «О судебном решении по гражданским делам» предусматривает идентичный Конвенции перечень документов, которые сторона, требующая признания и приведения в исполнение судебного решения, должна представить в компетентный суд. Также почти полностью совпадают и основания для отказа в признании и исполнении судебных решений, предусмотренные Конвенцией и ГПК РК. Единственное отличие кроется в таком основании для отказа, как вынесение решения в результате обмана.

Полагаем, что подписание и ратификация Конвенции Республикой Казахстан позволит как внутренним, так и внешним участникам международного экономического оборота иметь достаточный уровень гарантий защиты своих интересов, а также снизить затраты и повысить скорость признания и приведения в исполнение иностранных судебных решений.

The content of this article is intended to provide a general guide to the subject matter. Specialist advice should be sought about your specific circumstances.

See More Popular Content From

Mondaq uses cookies on this website. By using our website you agree to our use of cookies as set out in our Privacy Policy.

Learn More